Перейти к содержанию

Сергей Шерсин Рассвет Тьмы 3 книга

Сергей Шерсин Рассвет Тьмы 3 книга.rar
Закачек 1633
Средняя скорость 8008 Kb/s
Скачать

Рассвет Тьмы.

Книга первая. Договор.

Мое имя Шевцов Юрий Владимирович. С рождения я был не простым человеком. Когда-то я был солдатом.

Родился жарким летом 1980года в большом приграничном селе. Отец служил пограничником, мать работала учительницей в сельской школе. Я иногда ностальгически вспоминаю беззаботное детство: пыльные дороги, стайки таких же грязных и босых сорванцов, как и я сам, мелкие обязанности по хозяйству. Впрочем, я был более правильным и более везучим, чем остальные (возможно, это было сильное влияние семьи). Отец, начав службу младшим лейтенантом, быстро продвигался по службе. Впрочем, это было не удивительно, учитывая то, что дед тоже был военным и, надо сказать, ему везло. Дед прошел всю войну и был дважды ранен, что, в конце концов, и заставило его уйти в отставку незадолго до моего рождения. Жил он в избе вместе с отцом и матерью, работал лесником. Больше близких родственников не было — оба брата моего деда погибли во время Великой Отечественной. Старший в Севастополе (хоть эта тема и не была популярна в семейных разговорах, я знал, что дед дважды ездил искать, но так и не нашел даже примерное место где он погиб, не то что имя на братской могиле), средний — на Курской Дуге (он был командиром Т-34 и во время атаки попал под выстрел «фляка»). Дед часто рассказывал о войне, о разных случаях — смешных и грустных, героизме и трусости, верности и предательстве. Дед был колоритной фигурой. Иногда на него что-то находило, и он уходил в лес на два — три дня. Особенно запомнилась одна история. Вспоминая ее, я словно возвращался назад на машине времени. Дед был невысок — где-то метр семьдесят шесть в молодости. Круглое лицо, будто бы высеченное из мрамора, ежик седых волос, пронзительный взгляд серо-стальных глаз (когда-то они были сине-голубыми как осеннее небо — иногда я думаю что они выцвели из-за того что видели), спокойный, иногда ехидный или веселый голос.

Вечер в саду, небольшой костер между двумя яблонями. Голос деда:

-. нас прижали огнем немецких пулеметов. Звук стрельбы очередью из MG-42 похож на звук рвущейся бумаги . Рядом рвутся немецкие гаубичные сто пяти миллиметровые снаряды. Один падает перед нами метрах в пятнадцати и мы с товарищами бросаемся к воронке. Я был дальше других. Вижу — не влезу и только остановился как в ту же воронку, в то же место, еще один снаряд падает. Все кто был ближе — в клочки, а мне — два осколка в шею. А еще говорят снаряды в одну воронку не падают. Всякое бывало. И минометные мины в щели между бревен залетали. Я тебе так скажу — вся война на случайностях была, на слепой удаче. Кто и весь посеченный осколками без лекарств и бинта на поле боя выживет, а кто и водкой в штабе захлебнется .

Я вырос. Советский Союз развалился. Мне еще запомнилось, как отец сидел перед приемником и ждал приказа на выдвижение к Москве. Но приказа так и не последовало. Дед смачно поносил Ельцина и ходил из угла в угол. Сейчас я вполне понимаю его чувства, а тогда я лишь смотрел на то, как он недоумевает, почему их там всех в Беловежской Пуще не кончили.

Потом, я закончил школу, а так как был, благодаря матери, отличником, то поехал в областной центр поступать в институт. До сих пор помню, как провожали меня на автостанции немного грустный дед, отец и мать. Я еще не знал, что увижу родственников очень нескоро.

В и институт поступил я без проблем, но я неожиданно понял, что выбранная специальность не мое. Как-то странно ко мне пришло осознание того, что я хочу служить. Причем не просто служить, а сражаться. Я позвонил родственникам и сказал, что пойду в армию. Отец сначала ругался, но потом, неожиданно согласился. Сейчас-то я понимаю, что наша семья всегда была связана со сражениями.

Надо сказать, что здоровье у меня было отменное, поэтому проблем в армии я не ожидал.

1. Конец и начало.

Призывной пункт неприятно удивил меня своей мрачностью. Здание довоенной постройки, внешне обшарпанное, с грязновато-ржавыми потеками под ржавыми же подоконниками. Парадное крыльцо поднималось над асфальтированным плацем на три бетонные ступеньки, на верхней ступени стоял хмурый капитан и о чем-то спорил с пожилой, но когда-то очень красивой, и ухоженной женщиной в белом врачебном халате. Над крыльцом повис ржавый козырек, по которому ходили туда-сюда воркуя, черно-белые голуби. Я прошел мимо капитана и вошел в здание. Я очутился в длинном изогнутом коридоре, слабо освещенном ртутными лампами дневного света расположенными на потолке. До потолка было около четырех метров. На стенах были развешаны плакаты в пропагандистско-милитаристическом стиле прославляющие разные рода войск. В принципе больше ничего запоминающегося. Мне повезло осенний призыв еще не закончился. Из врачей запомнился только веселый шутник который посадил меня во вращающееся кресло и, сказав закрыть глаза, крутанул. Дав покрутится, остановил и сказал пройти по воображаемой прямой линии. Я легко прошел. Сделав пометку в карточке, он отправил меня дальше. В конце сидел давешний капитан. Просмотрев карточку, он сказал:

— Ну что ж, сынок, ты годен. Проблем со здоровьем нет. У нас недобор. Ты можешь пойти служить куда хочешь, кроме танкистов — высоковат, и десанта — ростом не вышел.

— А в спецназ возьмут?

— Нууумм . — Он еще раз перелистал карточку и практически равнодушно ответил: — Да.

Военный, темно-зеленого окраса, грузовик везет меня и других новобранцев в учебку. В пути мы уже где-то час. Парни переговариваются между собой. Меня клонит в сон.

Я вам скажу, если вам кто-то говорит что АК-74, ПМ и, не дай Боже, ТТ это лучшее оружие в мире — смачно плюньте этому человеку в лицо. Ибо он ничего в руках кроме этих, пусть надежных и простых, убожеств отечественного производства не держал. Вы знаете ресурс ствола ПМ? Двадцать-тридцать тысяч выстрелов. А ресурс «Глока»? Сорок тысяч по гарантии и МИЛЛИОН в случае бережного обращения. Я своими ушами слышал рассуждения двух полковников о том, что необходимости в перевооружении и переоснащении нет, а АК до сих пор лучший автомат мира. Гады. Их бы с нами на Кавказ. И каску без подшлемника. И кирзачи без портянок. И родной броник, весом 20 кг, ни отчего не защищающий. И в очередь к полевой кухне за перловкой. Ах да, в грязи бы еще их вывалять, чтоб только глаза было видно на черных рылах. И для антуража — чтоб арабский снайпер с новомодной европейской снайперской винтовкой, с эффективной дальностью поражения полтора километра, постреливал по ним, не давая нормально пожрать. Они бы тогда по-другому завыли. Как иногда тихо выли мы — молясь, чтоб наша арта накрыла очередной дот, а не нас. В норматив на стрельбу из ПМ я с трудом уложился. А вот из АК и СВД я был первый в роте.

Иногда мне кажется, что вся предыдущая жизнь была чередой кошмарных нереальных снов.

— Беременные бегемоты. Разве так носок тянут? Четче шаг! Раз-два, раз-два! — это был наш прапор Спицын, на редкость тупой осколок Советского Союза. Очевидно, кроме того как печатать шаг и матюгаться в матюгальник он больше ничего не умел. Остальные наши командиры и консультанты были умнее его и выше званием. Впрочем, искры разума у Спицына хватало, что бы осознать эту несправедливость и прапор срывал злость на нас. Честно говоря, строевая была единственным предметом нафиг, если не сказать покрепче, нам не нужным. Наверное, прапор иногда это вспоминал и зверствовал пуще прежнего. Именно он настаивал, чтобы во время марш-бросков мы или песню пели, или противогазы одевали. Кстати, если марш-броски были на индивидуальный зачет — прибегал я всегда первый.

Наверное, из-за этого учебка сохранилась в памяти лишь небольшими фрагментами. Время пролетело очень быстро — вот мне, за отличие в строевой подготовке дают младшего сержанта, а вот — нас уже сажают на поезд, едущий в Чечню.

Грязный, вонючий, но такой родной вокзал. Приехали родители меня провожать взяли с собой маленького братика Сережку. Жаль, что я так и не смог подержать его в руках. Прапор, жалкий ублюдок, так и не выпустил меня на перрон — наверно боялся, что я дезертирую у всех на глазах. Хорошо что он не остался с нами, а укатил обратно. Я б, точно вам говорю, во время первой перестрелки засверлил бы ему пулю в живот (чтоб подольше мучался), и никто бы меня не сдал. Мои чувства разделял весь отряд — не одного же меня провожали.

О книге «Рассвет Тьмы. Дилогия»

«. Мое имя Шевцов Юрий Владимирович. С рождения я был не простым человеком. Когда-то я был солдатом. «Преданный, забытый. Здесь его более ничего не держало. Жизнь утекала по каплям. Но когда он уже умирал, явилась богиня и заключила с ним Договор. И он начал новый путь — путь темного эльфа.

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Рассвет Тьмы. Дилогия» Ящерицын Владимир Ssherssen, Шерсин Сергей бесплатно и без регистрации в формате fb2, lrf, epub, mobi, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Рассвет Тьмы.Книга третья.Схватка Четырех Клинков.

Схватка Четырех Клинков.

Прямым следствием Раскола и последовавшим за ним Исхода тех, кто впоследствии стали называться ‘светлыми эльдарами’, было то, что изменились все части мировоззрения этого народа: политика, социология, взгляд на образование и, естественно, официальная доктрина магии. Вообще, в этом развитом магократическом государстве, каким считался Синий Лес, почитали лишь Жизнь. Свет, как магию, стали изучать лишь после прихода в Хейреш и непосредственным столкновением с народом темных эльдар.

Те, кто осознали эту простую истину, уже не могли удивиться тому факту, что светлые применяли Жизнь во всех аспектах своего существования.

В центре самого большого острова эльдарского архипелага под названием Л`екриин(что в переводе означало ‘прекрасное убежище’) росло множество очень высоких деревьев. В стволе одного из них находился Зал Собраний, который был частью дворцового комплекса Владычицы Синего Леса. Он представлял собой большую полость в стволе дерева. Зал Собрания был круглым помещением с невероятно высоким потолком, теряющимся во мраке. Ярко-голубые магические светильники давали более чем достаточно света, дабы высветить внутреннюю обстановку и присутствующих. Все вокруг было сделано из дерева: пол, сиденья и даже сами магические светильники были квинтэссенцией Силы Жизни и представляли собой невероятно красивые цветы, вокруг которых роились ярко-белы светлячки.

Зал имел форму ступенчатого греческого амфитеатра с троном, стоящим на высоком возвышении с одной стороны и местами с другой.

В данный момент Зал Собрания был полон светлых эльдар, одетых с свободные зеленые одежды, украшенные небольшими россыпями драгоценностей. На троне восседала, огорченно уронив невероятно красивое лицо на правую ладонь, очень изящная правительница всего этого народа в двадцатом поколении. Одетая в чуть светящееся белое платье, украшенное россыпью искусных листиков, выточенных из сапфиров, подчеркивающих немыслимо глубокий синий цвет больших глаз, она притягивала взгляды присутствующих.

Перед ступенями трона моталась в ярости ее старшая дочь. Ирмиель вернулась из Альверист`аса, обзаведясь на память о практически провальной миссии красным отливом своих волос и еще более несносным характером. Белый цвет всегда был цветом правящей династии и олицетворял чистоту помыслов. Поэтому Ирмиель была так же как и ее мать одета в белое платье с очень смелыми(для светлых так вообще) глубокими вырезами на спине и между грудей. Поскольку наследница была так же изящна и красива то не было ничего странного, что присутствующие напряженно следили за ее фигурой.

Ее две младшие сестры, почти девочки, от последнего союза Владычицы, не отрываясь и с восторгом, также следили за ее движениями.

— Мои люди выступят на стороне темных! Вы все забыли, зачем мы поддерживали всегда Заор?? Они должны были стать барьером между нами и темными с Королевствами! Они должны были своими телами закрывать нас! Но что я увидела? Заор пытает и убивает светлорожденных! Чудовищно жестокие ритуалы и жертвоприношения! О Великое Древо! Да все зло темных меркнет перед деяниями людей Заор! При мне темные спасали плененных светлых эльдар! Немыслимо! Где, я спрашиваю, специальные отряды Осенних Листьев и знаменитые рейдеры Серебряной Стрелы? Какого демона они сидят здесь, на островах Архипелага? Что может происходить такого важного, что вы все не можете из-за этого увидеть происходящее вне наших земель?

И в наступившей абсолютной тишине раздался тихий, почти шепот, голос Влычицы Синего Леса:

— Вторжение одного из Владык Ада в этот мир. — произнесла Иллуиль.

Ответ ее матери услышали все до единого. Каждый из Лесных Лордов и члены их свит вскочили с мест. Были удивлены все присутствующие. Даже Ирмиель выпучила глаза и уставилась на мать. Из-за повисшего молчания зал был готов взорваться.

Самый старый и влиятельный из Лордов Дома Серебряной Стрелы, встал последним и спросил:

— Но почему МЫ ничего об этом не знаем?

— Знали Советники и я. Мы не могли допустить утечки информации. Не мне напоминать вам всем, что нас намного меньше темных. Мы до сих пор не можем зализать полностью раны после последней Войны Народов. Наше общество до сих пор живет давно минувшим прошлым. Мы — не меняемся. Мы — статичны. Закон Кроэля тому подтверждение. Вдобавок ко всему, Адский Владыка избрал своей целью лишь народ темных, во всяком случае, так было донедавна. Я и Советники лелеяли надежду, что буря пройдет стороной и снесет наших старых недругов. Для нас было неожиданностью получить известие, что мой сын, которого вы все изгнали, Ильриельшар, живет там. Поэтому и была послана миссия с Ирмиель во главе в Альверист`ас. Тем горше было осознавать нашу ошибку. Нашу миссию хотели использовать для предлога начала войны, что бы загрести нашими руками основной жар. — Иллуиль вздохнула и выразительно посмотрела на шестерых Советников.

Один из них встал и подойдя к ступенькам трона, повернулся к залу и произнес:

— Мы считаем, что объединяться с темными преждевременно. Возможно, стоит выждать, пока пройдут первые столкновения. А потом выбрать сторону победителя.

Почти бесшумно переговариваясь, эльдары снова уселись на свои места.

Заседание продолжалось еще долго. Решались вопросы усиления охраны, мобилизации и даже эвакуации части представительств с материка.

Обговорив определенные срочные меры и условившись встретиться на следующий день, Лорды стали быстро рассасываться из Зала Собраний. Последними ушли, низко склонившись, Советники. Остались лишь Иллуиль и Ирмиель.

Когда стихли шаги и возле выходов стала личная стража Владычицы, Иллуиль устало вздохнула и произнесла:

— Он мертв. И очень давно. — Иллуиль закрыла глаза — Но. он оставил свое наследие. — Владычица пораженно воззрилась на дочь. — Эльвиаран родила от него сына. Его имя — Сариехарна. А уже от его союза родился тот, кого называют Клинок Элос, Ашерас ат Иситор.

Иллуиль расстроено вздохнула и произнесла:

— О-хо-хо-х. Я так понимаю, ты общалась с ними?

— Сариехарна сейчас в Королевствах. Он убил нескольких высокорожденных И`си`тор и они дают за его голову огромную награду.

— А. Ашерас? Я уже слышала о нем. Но даже не думала, что он мой потомок.

— Жестокий, расчетливый, импульсивный, целеустремленный, харизматичный. Но, временами, сквозь все это проглядывают две вещи: первая — это кошмар из Бездны, которого он боится и сам. Боится, что лишь один взор этого ужаса опалит все самое дорогое для него. Вторая — нечто совсем иное и крайне ранимое. Нечто, что он прячет за всем предыдущим как драгоценность за мощным щитом. Он иногда достает и показывает это, словно красивейший цветок. На пару секунд, не больше, но этих мгновений достаточно, что бы заворожить как союзников, так и врагов . — Ирмиель почти мечтательно втянула носом воздух и продолжила: — Его любят, обожают, боятся и ненавидят. Я думаю, он тебе понравится, мама. Если мы заключим с темными нечто вроде временного военного союза, то. без него точно не обойдется.

— Он ужасающе силен, властен и могущественен. Фактически, Элос поставила его вровень со своими детьми.

— И что же ему пришлось для этого сделать?

— Разрушить столицу иллитидов и совершить переворот в Альверистасе.

— Вот даже как. А где он сейчас?

— Я думаю, он решил заняться своим отцом, сыном Ильриельшара лично. Правда, это только мое мнение, основанное на том, что Иситес Иситор явно играет роль приманки и громоотвода. При этом вокруг нее поразительно много мощной охраны, притворяющейся очень слабой. Он тоже где-то рядом. Когда я разговаривала с ней в последний раз, я чувствовала нечто невыразимое, висящее в воздухе, словно смесь острого запаха страха и приторно-сладкого аромата Лунного Цветка.

— Хм. Нужно за ними понаблюдать. Сама понимаешь, в свете всего этого тебя я не могу послать. Может отправить Ир`ау? Как думаешь, он справится?

Ирмиель пожала плечами:

— Мама, ты прекрасно знаешь, что темные будут разговаривать на равных только с женщинами. И уж тем более эти несносные И`си`тор. Но кроме него действительно некого. Если у него не будет получаться, то тогда отправлюсь уже я. Кстати, говорят, что больше десятка темных собираются поступить в Академию в этом году. Может, Ир`ау тоже туда всунуть?

Одинокая фигура, закутанная в черный плащ, сидела возле совсем маленького костра в лесу и неспешно, почти неслышно, перебирала струны небольшого музыкального инструмента, похожего на маленькую гитару. Временами казалось, что звук инструмента затихал, но вот он возникал снова. Время от времени фигура тихо пропевала слова, складывающиеся в нечто вроде песни:

Я вижу Мрак, Я слышу Тьму

Я знаю, куда я после смерти уйду.

Врагов всех своих я выпотрошу,

А трупы я их сложу и сожгу.

От всех остальных легко я сбегу:

Петляя в тенях, будто заяц в лесу,

Я скрыт и невидим, словно пламя в Аду.

Но лишь от двоих я не убегу.

От тех, кто идет за мной, сквозь пепельную пургу.

Ради целей чужих начну я войну,

С тропинки кривой уже я не сверну.

И голос зовет все глубже в Бездну

Но там лишь кошмары я вижу.

В обитель Ахеш я вступлю потому,

Что цену за жизнь свою не сочту.

Пусть каждый же спросит:’От чего ты бежал?’

И всем я отвечу: ‘От правды и цели, что я потерял,

Увидев, однажды, кем я стал. ‘

Джер де Таунрилл шла по коридорам Академии. Пока что ее невероятные коридоры, многочисленные аудитории и обширные по .


Статьи по теме